- Зиночка , грамм четыреста сосисок "Детских" свесьте мне пожалуйста
- Может "Докторской" возьмёте , диетическая , свеженькая , продавщица
подбросила розовый батон на руке...
- "Докторской " ? - губы плотоядно причмокнули.. - А что за доктор ?
- Дык , стоматолог .
- Еврей?
- Упаси бог. Доктор Румянцев евреев осматривал, коронок золотых у них надёргал. В гебитскомиссариат донесли и его первым приказом пустили на фарш.
- Ну коль русский , не оскоромишся. Батон Свесьте мне весь батон, Зиночка.
Пальцы стали мусолить невыразительные оккупационные купюры.
- А чтой -то ассортимент жиденький у Вас , Зиночка ? совершив покупку покупательница по хамской традицыи решила покритиковать витрину мясного отдела. Вот эту презрительно не называя сорт и тыча мизинцем в батон "Останкинской" давно уж не беру , пусть её москвичи едят , ногти больно часто попадаються , и тут же заискивающе улыбнувшись и подмигнув Зиночке , постукивая мизинцем по стеклу витрины спросила
лисьим голосом : - А "Охотничьей" сейчас не завозят ? Новый год скоро , хотелось бы встретить по - людски ...
Зиночка , сделав слегка удивлённое (брови округлились и поползли вверх)
выражение лица . поняв что можно щёлкнуть по носу заносчивую любительницу сырокопчёных деликатесов , немного испуганно ответила :
- Бог с Вами, какая сейчас "Охотничья" , время то какое ? и переходя на шопот прошелестела : - " Партизанскую" на рынке у спекулянтов , у них и консервами можна разжится и лендлизовскими и вермахтовскими и даж "Гвардейской" тушонкой , без этикеток канешно , ну Вы понимаете... Поспрашивайте, а об "Охотничьей" можете и забыть на время , всё что мясобойня вырабатывает в опечатанных ящиках вывозят прямо на аэродром, а там бог весть . Вот ещё гематогенчику возьмите , кутая дефицитные батончики в страницу "Нового слова", добавила Зиночка, для Васьки , он такой сладкоежка у вас , да и народ такой худосочный теперь, гематоген никому не повредит
- Ну с наступающими , спасибо и будьте здоровы , покупательница кутая подбородок в успевший оттаять пуховый платок , впустив клубы пара вышла вон.Придя домой с пылающими от мороза щеками , Настя почувствовала волчий аппетит . Нож переполовинил батон , обнажив розовый как здоровые дёсна , аппетитный срез. Розовый кругляш покрыл кусок белого , доступного подавальщице из офицерской столовой, хлеба , своим немного влажным аппетитным боком. Запивая дымящимся чаем бутерброд , Настя , любительница чтения за едой (так и и "Войну и мир" из программы десятого , довоенного класса проглотила) ,глазами забегала по газетной странице . Рубрика происшествий сообщала о штрафах наложенных гебитскомиссариатом на спекулянтов, повышающих цены и нарушителей комендантского часа. Казни доктора Румянцева была выделена отдельная заметка. Одним бутербродом молодой организм не насытить , Настя потянулась за ножом . Нож легко войдя в глянцевый бок батона заскрипел . Оторвавшись от чтения Настя заинтересовано и немного брезгливо отогнула колбасный кругляш . Из полости между колбасными волокнами торчала чёрная фасолина.
- Вот те на , поела, подумала она, ипытывая лёгкую щекотку тошноты . Срезав ломоть по окружности Настя задумчиво и брезгливо минуту разглядывала неприятную находку. Пальчиков нам только в колбаске не хватало ! Воображение нарисовало почерневший мизинец , резонирующий в памяти, и гадкый батон "Останкинской" . Подковырнутая ножом, фасолина упала на газету , Настя вытерла находку уже прочитанной страницей. Капсула ! Чудом избежавшая жернова мясорубки немного деформированная "фасолина" с поперечным пояском матово заблестела. Насте отчего - то стало тревожно. Она ещё раз зачем - то протёрла бок капсулы газетой, отчего находка сама -собою открылась , явив на свет белую , свёрнутую как трамвайный билетик бумагу. Записка! Настя как и миллионы детей была подготовлена к подобным сюрпризам " ножовками в батонах, собачьими ошейниками ненашенского производства и фигурками из хлебного мякиша, сошедшими со страниц зачитываемой до сальных пятен на страницах, "Библиотеки Приключений" - книжками с тотемами на корешках , любимыми советскими детьми.
Подцепив краешек записки ножом, Настя осторожно откатала влево немного отсыревший бумажный рулончик .
" Да здравствует двадцать шестая годовщина Октябрьской революции !
Беспартийный но коммунист сердцем доктор Румянцев. 5.11.1943 застенок гестапо" нацарапанные карандашом слова сообщали так мало и одновременно были такими ёмкими! Слезинка, за ней другая сбежали на нервные, с кардиограммными пиками, буквы . В горле запершило....
- Герой! Настоящий человек , советский человек! Настоящий герой !
Настины мысли зазвучали нарастающей внутри аппассионатой , торжественно и строго.
Но всё таки переперчён! Она отхлебнула большой глоток горячего чая и ещё один, першение в горле прошло , пальцы перебирали пуговицы драпового пальто как клавиши невидимого инструмента ...
И вот уже бежала-летела Настя заснеженной улицей, тяжело дыша мокрым носом . Хорошо что никто не видел её красное, рыхлое от слёз лицо, бежала не останавливаясь и только перед тяжелой дверью остукала снег с обуви , замешкалась , вдохнула ледяного в горячее, в горле опять запершило ( всё таки переперчён был Румянцев . посаженный гестаповцами на острую пищу без воды), но комок прошел . Молча войдя , разжала ладошку над столом привставшего дежурного по гебитскомиссариату .Записка выпала на дермантиновое поле стола и престала быть только Настиной тайной. Она вздохнула - уже облегчённо , выпила стакан воды из графина и после пары пустяковых вопросов убежала домой.
Утром стёкла задрожали , предвкушая новые залпы. Канонада овладела городком , захватив его спящим, в белых подштанниках снега на худых щиколотках кривоколенных переулков предместья . Обняв Ваську за голову и крестясь в угол , Настя дождалась войсковую полуторку. Усадив Ваську , получившего взъерошивающий волосы жест и шоколадку - эрзац , между собой и водителем , уселась сама . Водитель отчего - то радостно улыбающийся и насвистывающий какую - то чушь , забросил в кузов два завёрнутых в простыни тюка с Настиными и Васькиными пожитками , постучал носками ботинок по щекам шин , как будто пинал мяч к штрафной отметке и машина вздрогнув укатила в немецкий тыл , оставив по себе скрипнувший под протектором след , в четверть часа зализанный вьюгой....
К вечеру того же суетного дня на трибуну , услужливо подставившую спину новой власти, под хлопающим красным полотнищем, с ещё неразглажен- ными ветром , как на столовских скатертях , складками ,взгромоздились похлопываемые дружески , военными в портупеях по плечам и спинам, Фрадкин с Ковальским , комсомольцы -подпольщики , заседавшие всё время оккупации в одной из квартир трёхэтажного дома с застывшим, кирпичной кладки циферблатом , разделённым слуховым окошком , сообщающим вечных пять минут восьмого . Фрадкин волнуясь и кашляя клубами морозного воздуха , похожий на грача на фоне заснеженных перил , славил новую годовщину Октября и проклиная прихвостней и пособников , с искренностью от которой глаза его влажно блестели , комкая снег, остужающий пальцы , обожжённые раскалёнными , цвета червонного золота листами толстой , никоим образом не общей тетради стихов посвящённых уехавшей на рассвете с курчавым Васькой в ужасное далёко Насте .
С самого детства Ивану Никифоровичу настойчиво внушали страх и стойкое отвращение к некоему недоказанному явлению потустороннего мира, в простонародье именуемое бабаем* . Всякий раз, когда двухлетний Иван Никифорович отказывался есть манную кашу, баловался ножиком или срал в колготки, мама легонько шлепала его веником по копчику и повторяла одну и ту же фразу:
-Не будеш слушаться -придет бабайка и заберет к себе в хатку! На все вопросы о том, как выглядит и где живет бабай, мама отмалчивалась и странным пугливым взглядом смотрела куда-то в угол.
Бабушка Маняша -юродивая старушка, которая жила с ними в одной квартире и по факту являлась маминой мамой, была более разговорчивой и рассказала маленькому Ивану про домашнее чудовище. Она поведала мальчику что бабайка живет в шкафу, питается печеньем , мышами, а иногда и непослушными ребятишками. Выглядит он как маленький покореженый уродец с волосатыми ушами и большими глазами БЕЗ ЗРАЧКОВ.
Вскоре разговорчивую старушку обнаружили мертвой при довольно странных обстоятельствах. Прямо посреди кухни ее нашли повесившуюся на прочных довоенных панталонах отечественного производства. Первым ее обнаружил Ванюшка, когда пошел утром на горшок помалехо* покакать. Тело Маняши медленно, со скрипом, раскачивалось под высоким потолком сталинской квартиры,одежда на старухе была порвана, а один тапок сполз с ноги и упал на пол. Маленький Иван с интересом рассмотрел синюю распухшую бабку с вывалившимися из орбит и закатившимися кверху глазами и понял, что означает выражение " без зрачков".
Мама по поводу самоубийства выразилась довольно туманно -она сказала что это бабай наказал бабушку за то что она пожирала в доме все печенье. А папа тИхонько засмеялся в усы, потер ладони и сказал облегченно: "Наконец-то антресоли освободились-будет куда банки поставить". При этом они одновременно с мамой как-то странно и пугливо посмотрели в угол комнаты.
Шло время,с каждым новым месяцем и годом рассказки мамы о бабае становились все более страшными, изощренными и обретали ужасающие подробности. Например, когда Ваня не послушался и не сходил в магазин, чтобы сдать бутылки, мама пригрозила сыну что бабай откусит Ванечке нос и оторвет уши, если он еще раз посмеет ослушаться. Она так и сказала: "Оторвет ухи и повысосет мОзги через соломинку".
При этом она страшно подвывала, клацала зубами, изображая как мерзкий волосатый нетопырец* набрасывается на Ваню и, подобно голодному бультерьеру, отьедает ему добрую половину лица. Во время этих рассказов у Вани явственно бледнел носогубный треугольник*, начинали трястись руки, а по телу разбегались громадные неврологические волдыри. После страшных угроз он был готов тоннами есть манную кашу, каждый день сдавать бутылки, выносить мусор и, вообще, становился шелковым и покладистым. Однако, чем более послушным становился ребенок, тем кошмарнее становились мамины угрозы - она была готова была найти вину ребенка даже в том, что он слишком часто писает или шумно сливает за собой воду в унитазе.
К пяти годам, от маминых рассказок и постоянных ночных кошмаров с участием бабая-людоеда, у ребенка развился энурез, склероз и совершенно не росли волосы на голове. Дети в садике смеялись и показывали на него пальцами.
Каждый день, каждую ночь, когда Ванюшка в ужасе с криком просыпался, он слышал какие-то чихи из шкафа, быстрый топот маленьких ножек и забористое хихиканье. Ребенок быстро вскакивал, включал свет и подбегал к полуоткрытой дверце шкафа, но там уже к этому времени никого не было. Упрямый Иван решил всю свою жизнь положить на то, чтобы отыскать странное существо и убить урода, по ходу*, размазав его по стенке.
Когда Ване случилось семь лет, прямо на его дне рождении совершенно неожиданно сошел с ума папа. В момент, когда праздничный торт весело заблестел зажженными свечами, папа как-то невнятно забормотал, закашлялся и быстро забычковал папироску об свою ладонь. При этом ОН КАК-ТО СТРАННО И ПУГЛИВО посмотрел в угол, где на стене плясали загадочные тени от праздничного торта. Губы его стали бледными, нос заострился и он стал повторять одну и ту же загадочную фразу:
-Бля- буду -это пипец*, бля- буду-это пипец, бля- буду-это пипец...
Так, уставившись в угол, он проговорил приблизительно четверо суток, а когда позвали санитаров то уже было поздно. Так как все эти дни папа не ел и не пил ничего, то тут же, прямо на носилках, он и скончался от обезвоживания.
Бабушку зовут Zhang Ruifang, живет в провинции Хэнань и ей уже 100 лет.
Рог у Чжан Руйфанг начал расти в прошлом году.
Сейчас он длиной уже почти 6 сантиметров.
Комсомолец Виктор Петухов задумчиво жевал бутерброд, глядя в полузамерзшее окно, когда его позвали к телефону. Привычно зацепившись в темном коридоре за висящий на стене велосипед, он взял трубку:
- Алло...
Трубка ответила звонким голосом комсорга Клюквина:
- Витя, здорово. Сегодня в шесть тебя ждут в райкоме комсомола, комиссия,- и с деланным воодушевлением добавил- На повышение пойдешь.
Виктор пробурчал что- то недовольное про субботу, и, не дожидаясь ответа, повесил трубку.
Вернувшись в комнату, допил остывший чай и опять уставился в окно. Подходил к концу декабрь, но праздника не ощущалось. В следующем, семьдесят пятом, ему будет двадцать шесть, а чем он занимается? Чертит в бюро химавтоматики какие- то трубки под двенадцатизначными секретками, а куда они- начальник отдела при этом вопросе делает обычно круглые глаза и бормочет:
- Петухов, да вам то что за дело, главное- на благо советского общества!
Какого нахуй блага общества, ботинки югославские через профком опять Ивану Арсентьичу достались, а ты, Витя, молодой специалист, вот будет у тебя рацпредложений, как у Арсентьича- так и ботинки будут, и в санаторий в Крыму путевка. Заебало короче все, еще сегодня в райком переться, хотя... С той поры, как Таня уехала на БАМ, делать ему в выходные было решительно нечего.
Таня... Вспоминать о ней было больно, поэтому Виктор бросился на диван, рывком спустил треники до колен и подрочил, представляя белую рыхлую задницу, которую он, впрочем, так и не успел увидеть- они всего пару месяцев встречались, ходили в кино, на концерт и даже один раз поцеловались. Но богатая фантазия помогала представить повариху- хохотунью в таких развратных позах, будто на черно- белых фотках с голыми бабами, которые ему тайком показывал один знакомый в институтской общаге.
Таня лежала на белых простынях, раскинув ноги и нежно ласкала свою грудь. Виктор закрыл глаза и удвоил темп. Вдруг, откуда ни возьмись, в его мечте появился здоровенный бородатый геодезист, в свитере под горло и без штанов, бросился на его Таньку, и принялся ее ебать, хохоча. Вот те и БАМ блять... Да и кому нахуй нужен прыщавый очкарик, инженер- конструктор, с окладом в 87 целковых.
Раздраженно вытерев опавший член кухонным полотенцем, Виктор пошел в ванную мыться. Из кухни разносился запах пельменей вперемешку с запахом белья, кипящего на газовой плите. Полоумная старушка из пятой комнаты уговаривала внучка сесть на горшок:
- Пашенька, садись покакай, золотце, вон гулюшки в окошко смотрят, радуются, когда ты какаешь в горшочек. Виктор хмыкнул и зашел в ванную. Блядь, лампочку опять не поменяли.
Наощупь помывшись, тыльной стороной ладони потрогал подбородок- щетины было совсем немного, сойдет. То, что он редко бреется, в армии здорово выручало, хотя усы для солидности хорошо бы... Одевшись, Виктор с отвращением оглядел свое отражение. Подумав немного, он снял кримпленовый пиджак и надел коричневый джемпер.
Поднявшись по широкой лестнице, он привычно открыл дверь со стеклянной табличкой: "Инструктор Пыляев В.В." и приколотой кнопками под ней бумажкой, на которой тушью было выведено: "Комната агитатора".
Пыляев сидел в компании двух человек в одинаковых серых костюмах. Не здороваясь, он указал на свободный стул. Балагура и пьяницу Пыляева Виктор никогда таким серьезным не видел. Один из серых костюмов протянул через стол раскрытую корочку и тут же ее захлопнул. Петухов успел рассмотреть только герб СССР, да больше и не нужно было. Сердце учащенно забилось.
Откашлявшись, Пыляев дрожащим голосом произнес:
- Вот, гхгм, один из наших лучших комсомольцев, товарищ Петухов... Серый костюм его оборвал:
- Спасибо, Владимир, можете быть свободны. Многозначительно замолчав, Владимир удалился. Серый продолжил:
- Виктор, меня зовут Палсаныч, его- он кивнул куда- то за окно- Денис Сергеевич. Мы сотрудники 34 управления КГБ и нам требуется Ваша помощь. Немеющими губами Виктор прошептал:
- Я готов.
- Не спешите, сначала выслушайте. Вы не задумывались, почему наше социалистическое общество так развивается? Мы сильны, как никогда: космос, стройки, армия на страже Родины, помогаем не только братским соцстранам, но и коммунистам во всем мире! Но!- Палсаныч многозначительно поднял палец- Как бы поточнее выразиться...Наше государство существует уже пятьдесят восьмой год, а коммунизм еще не наступил, вы не задумывались, почему?
- Мне все нравится- проблеял Виктор.
Интересно, почему женщины не помещают объявления о пропавших мужьях на пивных бутылках?
Интересно, почему развешивают фотографии преступников, находящихся в розыске, в зданиях почты? Мы что, должны им письма писать? Не лучше ли было бы, если бы они помещали их фотографии прямо на марках?
Интересно, стоит ли соглашаться на пластическую операцию у врача, чья приемная увешана репродукциями Пикассо?
Интересно, если мужчина сказал что-то, стоя в дремучем лесу, а поблизости не было ни одной женщины... он всё равно не прав?
Интересно, зачем врачи стерилизуют иглы для смертельных инъекций?
«Я поведу тебя в музей, —
сказала мне сестра. —
Я покажу тебе друзей,
сидящих у костра.
Я покажу тебе леса
и озеро с водой.
Ты будешь слышать голоса
России молодой.
Я покажу тебе ребят,
трудящихся гурьбой,
чтоб цвел в России каждый сад,
чтоб жили мы с тобой.
Ты будешь видеть Два лица,
висящих там и тут —
одно заменит нам отца,
салют ему, салют!
Другой из этих двух Двоих
нас поведет вперед,
вперед, к победе молодых,
куда труба зовет!
Экономический подъем
и творческий расцвет
нам принесут они Вдвоем
на много сотен лет.
Ты встанешь в строй, трубой влеком,
такой же, как и все,
и вы помчитесь босиком
по утренней росе,
сметая яростно врагов,
восторженно крича!
Прольется вражеская кровь,
красна и горяча!
Россия встанет, как скала,
и Двое — впереди.
Нас ждут великие дела!
Со мною, брат, иди!
Пиндосов мы сожжем в аду,
и вломим немчуре!»
- Бастер, сидеть!
С наполовину сложенного зонта на паркет прихожей стекали струйки дождевой воды, собираясь в лужицу. Матвей раскрыл зонт, чтобы он скорее высох, повесил поводок на крючок. Послушно усевшийся в углу ретривер вдруг встал на все четыре лапы и, сладко зажмурившись, принялся самозабвенно отряхиваться, пронзая пространство тысячами срывающихся с мокрой шерсти капелек. Матвей, стаскивая с промокших ног неприятно чавкающие кроссовки, крикнул в глубину квартиры:
- Эй, бездельники! Кто-нибудь, вымойте собаке лапы. Я промок насквозь, пойду переоденусь.
Когда через десять минут он вышел из спальни, неся в руках мокрый спортивный костюм, Бастер по-прежнему смирно сидел в углу прихожей, свесив язык набок и доверчиво помаргивая. Остро пахло сырой собачьей шерстью.
- Ну, е-мое, я же просил! - взвыл Матвей и ринулся на кухню, откуда тянуло запахом жарящихся котлет.
Жена стояла у плиты, колдуя над кастрюльками, и мычала себе под нос что-то отчаянно фальшивое.
- Ира, неужели так трудно вымыть собаке лапы?! Если ты занята, так детей бы заставила, и так целыми днями у компьютера сидят, за волосы не оттащишь. В конце концов, завести собаку было их идеей.
Жена вздрогнула и повернулась. Вздрогнул и Матвей: за все годы семейной жизни он так и не привык к виду разнообразных косметических масок, которыми так любила себя реставрировать жена. Сегодня лицо Ирины было грязно-зеленого цвета, выделялись только чистые розовые участки вокруг глаз. Глаза смотрели на мужа с неподдельным удивлением, можно даже сказать, с подозрением.
- Ты о чем? Какая собака? Ты... Ты что, собаку в дом приволок?! - Ирина обошла мужа по широкой дуге и выглянула в прихожую. Вернувшись, она подошла вплотную к Матвею, ноздри ее неприятно зашевелились, принюхиваясь.- Все шутишь, шутник? Или опять с Лехой в гараже нажрался?! - Ирина шипела и напоминала сейчас Матвею огромную покачивающуюся кобру. Светлые круги на болотной роже как нельзя лучше дополняли это сходство. Однако ссориться ему сейчас совершенно не хотелось, и он миролюбиво ответил:
- Ладно тебе, Ириш, я понимаю, что ты устала у плиты танцевать, пойду сам Бастеру лапы вымою...
Жена подскочила, как ужаленная, и вытаращилась на мужа, некрасиво раззявив рот. Постояв так несколько секунд, она громко сглотнула и спросила, заикаясь:
- К-к-к-к-какому Б-б-б-б-бастеру?!
Не сводя с Матвея настороженного взгляда, она снова вышла в прихожую и огляделась. Заглянула в ванную. После этого, ссутулившись и втянув голову в плечи, шмыгнула в детскую, откуда тотчас же, перекрывая компьютерную стрелялку, раздался ее срывающийся на визг, испуганный голос. Матвей оторопело стоял, то и дело переводя взгляд с собаки на дверь в детскую комнату.
- Бастер, ты что-нибудь понимаешь?!
Он подошел к нетерпеливо переступающему лапами псу и почесал его за мокрым, в курчавящихся шерстяных сосульках, ухом. Бастер прищурился и благодарно лизнул хозяйскую ладонь.
Дверь детской чуть слышно скрипнула и приоткрылась. В образовавшуюся щель ввинтились две пары любопытных блестящих глаз. Сын и дочь явно предвкушали назревающий скандал. В глубине комнаты взволнованно зеленела лицом жена.
- Папуля, мама говорит, у тебя появился воображаемый друг? - ехидно-вкрадчиво спросила дочь. Сын разразился павлиньим подростковым смехом, неприятно резанувшим слух Матвея. Недоумение и растерянность постепенно уступали место удушливой злости. Резко схватив испуганно взвизгнувшего пса за загривок, он потащил его в сторону детской. Собака скулила, упиралась и царапала когтями паркет.
- Воображаемый?! Воображаемый, ебаныйврот, друг?! А это кто, по-вашему, а?! - резким ударом ноги распахнув дверь, Матвей втолкнул Бастера в комнату. Несчастный пес рухнул на пол, да так и остался лежать, мелко трясясь и не понимая, что происходит и за что на него сердятся.
- Что за ебучие задрочки?!!! - Матвей рванул пса вверх за ошейник, бешено вращая вдруг налившимися кровью глазами и брызгая слюной. Бастер придушенно всхлипнул и ломанулся прочь из комнаты, оставляя на полу мокрые следы.
Матвей ринулся за собакой. Бастер забился в самый дальний угол прихожей и непонимающим взглядом смотрел на хозяина. Матвей осторожно подошел к нему, погладил по голове, похлопал по спине, пощупал нос, вздохнул и тихонько произнес:
- Все будет хорошо, Баста.
Сзади раздался обеспокоенный голос жены:
- Ты что там делаешь?
- Блять, собаку успокаиваю! С вашими шутками ебаными я сам скоро с ума сойду! - Матвей продолжал тихонько поглаживать Бастера.
- Прекрати, Матвей! - жена перешла на крик, и подсохшая косметическая маска на ее искаженном лице пошла трещинами и начала местами отваливаться. - Там нет никого в углу! Нет никакой собаки. Нет!!! Хватит издеваться над нами, ты пугаешь детей! Ты в своем уме вообще?!
У Матвея похолодела спина и тоненько зазвенело в ушах. Он на секунду замер, потом резко развернулся и схватил жену обеими руками за шею. Сдавив, изо всех сил впечатал Ирину затылком в стену. Кровь брызнула на светлые обои, образовав нелепые завораживающие узоры. Жена широко раскрытым ртом безуспешно пыталась глотнуть воздуха. А Матвей все сильнее сжимал ее горло, крича и брызгая слюной ей в лицо:
- Ты что, сука, такое говоришь?! Как это нет собаки?! А это кто? Да ты в сто раз хуже этого животного... Тварь!!!
Схватив с комода ножницы, Матвей с размаху загнал их в глаз задыхающейся жены. Отпустив ее горло, коленом ударил в живот. Ирина, хрипя, свалилась на пол и обеими руками схватилась за рукоятку ножниц.
- Может быть, ты, сука, одним глазом лучше рассмотришь мою собаку?! - согнувшись над женой, кричал Матвей, продолжая остервенело пинать ее ногами в живот и в грудь. Жена извивалась и корчилась от боли, пачкая своей кровью светлый паркет.
На крики в прихожую выскочили дети и с ужасом в глазах уставились на взъяренного, невменяемого отца и полумертвую мать.
- Аааааааааа, выблядки... - злорадно протянул Матвей и тяжелой пепельницей, стоявшей у телефона, раскроил сыну голову. Ребенок сполз на пол и уткнулся в спину матери. Дочь, истерично крича, попыталась убежать в сторону ванной комнаты, но Матвей ловко схватил ее за взвившиеся в воздух косички, подсечкой сбил с ног и потащил к окну на кухне.
- Папочка, пожалуйста, отпусти!!! Папочка, что с тобой? - ревела дочка, пытаясь руками зацепиться за дверную коробку. - Папочка, папочка, ну не надо! Умоляю...
Матвей, тяжело дыша, присел на корточки и, ткнув пальцем в угол прихожей, ласково спросил:
- Бастера видишь? Доченька...
- Папочка... Кого?... - захлебываясь соплями, всхлипывая, еле слышно спросила дочь.
- СОБАКУ!!! БЛЯТЬ!!! СОБАКУ!!! ВИДИШЬ?!!! - страшно заорал Матвей и, продолжая держать ее за косички, другой рукой врезал дочке в нос так, что кровь потоком хлынула на белый джемпер. - Отвечай, дуррра гребаная!!!
- Нееееееееет! Не вижуууууууууу!!! - истерически завыла дочь.
- Ну, и все тогда... - внезапно успокоившись, произнес Матвей и потянул ее за волосы, направляясь к окну. Резко открыв его, поднял худенькое тело и, не медля ни секунды, выбросил дочку на улицу. Взяв с плиты сковородку с приготовленными котлетами, Матвей вернулся в прихожую. Переступил через корчившуюся в агонии жену и мертвого сына, подошел к дрожащему псу и вывалил перед ним все котлеты. Отстраненно промолвил:
- Ешь, Бастер. Ешь. Хер знает, когда тебя теперь покормят...
Рассеянно посмотрел на затихшую жену, подошел к телефону, снял трубку и набрал "03", прошептав побелевшими губами:
- Мне очень плохо... Я только что убил всю свою семью...
Заливистая трель дверного звонка и возбужденный собачий лай вывели его из состояния оцепенения. Тяжело опираясь непослушными руками о паркет, на котором просидел целую вечность, Матвей с трудом поднялся. Загребая ногами и покачиваясь при ходьбе, отправился открывать. Распахнул дверь сразу, не заглядывая в глазок и не спрашивая, кто там. Распахнул и застыл неподвижно, уставившись бессмысленным взглядом поверх голов стоящих на пороге санитаров.
Санитары были расслаблены и улыбались Матвею в меру добродушными улыбками старых знакомцев. Аккуратно отодвинули его и по-хозяйски вошли в прихожую. Бастер радостно взвизгнул, завертелся волчком, тычась мокрым носом в их раскрытые ладони. От безудержного счастья он даже слегка ссыканул на пол.
- Бастер, красавец, хорошая собака! - гулким басом загрохотал один из санитаров, ласково трепля пса по холке. - Давно мы с тобой не виделись, целый год, наверное. Опять твой тебя напугал, бедолага? Очередную "семью" грохнул? Мои уже по тебе соскучились, все спрашивают, когда же ты опять у нас погостишь. Ну, давайте собираться...
Санитар уверенно шагнул в комнату, открыл шкаф, вывернул из него ворох вещей, отобрал два спортивных костюма, пижаму и белье, достал из ящика стола паспорт, сложил все вещи в сумку.
- Витя, в ванной собери все, что надо! Да, и тапочки прихватить не забудь, - крикнул напарнику, пристегивая поводок к собачьему ошейнику. Повернулся к Матвею, все так же неподвижно стоящему посреди коридора.
- Ну что, семьянин, пора... Пойдем, что ли.
Аккуратно взял Матвея за ватную безвольную руку и шагнул в дверь.
- Витя, дверь хорошо запри, на все замки, и соседям ключи оставь. Скажи, что опять надолго. Собаку снова к себе заберу, дети только рады будут.
И странная процессия из двух здоровенных санитаров, бледного худого мужчины с застывшим взглядом и собаки двинулась вниз по лестнице.
Милые дамы!! Мужчины Погребка от всей души поздравляют вас с праздником и желают всего самого доброго и приятного, чтобы ваши мужчины были всегда рядом, чтобы они любили и ценили вас.
mail.ru
